Катарсис в психологии: почему психоанализ от него отказался

Что такое катарсис простыми словами

Катарсис — это разрядка сдержанного чувства, после которой наступает облегчение. Слово греческое и означает очищение. В психологии им называют момент, когда переживание, не нашедшее выхода в своё время, наконец отреагировано. Человек не просто вспомнил событие, а заново пережил само чувство.

Существенно второе условие. Пересказ без чувства катарсисом не был никогда — ни у Аристотеля, ни у Брейера. Разрядка требует, чтобы вернулось само чувство, а не сведения о нём.

Откуда взялось слово

Термин пришёл из «Поэтики» Аристотеля, где так назван эффект трагедии. Зритель проходит через сострадание и страх и выходит очищенным. Брейер, взяв слово, перенёс на лечение понятие, которым Аристотель описывал искусство.

Катартический метод Брейера и Фрейда

В «Исследованиях истерии» (1895), написанных Йозефом Брейером вместе с Фрейдом, метод описан прямо. Симптом рассматривался как след события, которое не было отреагировано. Чувство осталось запертым и удерживало симптом. Задача лечения — вернуть пациента к этому событию, часто под гипнозом, дать чувству выход, и симптом должен был исчезнуть.

Он и исчезал. Эти случаи и сделали метод известным, они же дали психоанализу первый материал.

Почему от катартического метода отказались

Держалось недолго. Симптом уходил и возвращался, тот же или другой, и лечение приходилось начинать заново. Стало ясно, что разрядка снимает напряжение, но не трогает причину, по которой оно возникло. Чувство было отреагировано, а то, что заставляло удерживать его, осталось на месте.

Второе затруднение было неудобнее. Событие, к которому под гипнозом приходили, не всегда оказывалось событием. В рассказе смешивались воспоминание, догадка и то, что человек считал произошедшим. Лечение, построенное на возвращении к точному моменту, теряло опору. И третье: не всех удавалось загипнотизировать, а результат зависел не от самого метода, а от отношений с врачом, то есть от того, что позже назовут переносом.

Из этих трёх затруднений и вырос психоанализ в нынешнем виде. Гипноз был оставлен, на его место пришло правило говорить всё, что приходит в голову, не отбирая, — свободные ассоциации. Интерес сместился с события на то, как человек о нём говорит — где сбивается, что пропускает, к чему возвращается. Тем же способом разбирают и оговорки. Отношения с аналитиком перестали быть помехой и стали главным рабочим материалом.

Отказ, таким образом, был не от облегчения как такового, а от идеи, что облегчение лечит. Разрядка в практике осталась и случается до сих пор, но перестала быть целью.

Стоит назвать и то, чего в этом отказе не было. Катартический метод не был объявлен ошибкой и не вычеркнут из истории. «Исследования истерии» остались книгой, с которой психоанализ начинается, а описанные в ней случаи разбираются до сих пор. Отказались от одного — от расчёта, что достаточно довести чувство до выхода и дело сделано. Всё остальное, что было там найдено (симптом говорит о чём-то; человек не знает, о чём; знание можно восстановить в разговоре), осталось в основании метода и никуда не делось.

Разрядка снимает напряжение и оставляет на месте то, что его создаёт. Разница между катарсисом и проработкой видна не в моменте, а назавтра.

Почему на приёме не просят выплакаться

Аналитик не подводит человека к слезам и не считает сильное чувство на сессии достижением. Не из сухости. Просто разрядка в кабинете ничем не отличается от разрядки где угодно ещё и точно так же ничего не решает. Плакать на сессии не запрещено и случается часто — но это не то, ради чего туда приходят, и не признак, что работа идёт. Что на сессии действительно происходит, описано отдельно: как проходит психоанализ.

Помогает ли выговориться

Помогает, и отрицать это незачем. Рассказанное вслух в присутствии другого переносится иначе, чем удерживаемое, и после разговора действительно наступает облегчение.

Вопрос в том, что происходит потом. Если облегчения хватает, чтобы вернуться к делам, на этом можно и остановиться. Если через неделю всё то же, значит разряжается что-то одно, а держится другое; сколько ни выговаривайся, до этого другого разговор не доходит. Люди, годами рассказывающие одну и ту же историю с одинаковым чувством, — обычное наблюдение, и оно ровно про это.

Что пришло на смену

Не разрядка, а проработка. Она описана в работе «Воспоминание, повторение и проработка» (1914). Человек не столько вспоминает, сколько повторяет — тем же способом строит отношения, попадает в те же положения, принимает те же решения. Проработка — это долгая и не эффектная работа с этим повторением, без обещания, что после неё станет легко. Работает она с тем, что человек о себе не знает, то есть с бессознательным.

Разница между катарсисом и проработкой измеряется не глубиной переживания, а тем, что остаётся назавтра. Первый снимает напряжение и оставляет всё на месте. Вторая не даёт облегчения сразу и меняет то, что его создаёт.